Популярное

Голосование

Когда начался кризис российских политтехнологий?
 

Поиск по сайту

Интернет-фандрайзинг

Фандрайзинг российской внесистемной оппозиции

В начале февраля популярный московский блогер (юрист, и в отдалённом прошлом активист партии «Яблоко») Алексей Навальный, аудитория живого журнала которого на тот момент превышала 40 тысяч человек, объявил о начале сбора средств на финансирование антикоррупционного проекта «РосПил». Навальный рассчитывал, что при благоприятном стечении обстоятельств ему удастся за год собрать в своём электронном кошельке в системе «Яндекс-деньги» от трёх до пяти миллионов рублей пожертвований. В реальности к началу апреля было собрано более 6 миллионов рублей

За первый месяц фандрайзинговой кампании Навального в ней приняло участие около 15 тысяч человек. Только два платежа можно считать крупными (100 тысяч рублей и 150 тысяч рублей), а средний размер взноса составил 350 рублей.

Не удивительно, что у Навального быстро отыскались последователи. В конце марта фандрайзинговую кампанию по сбору средств на распространение нового доклада "Путин - коррупция" начал Борис Немцов. Организационная схема кампании была полностью заимствована у Навального, но обнаружились и содержательные различия.

 

 

Во-первых, Немцов открыто собирает деньги на политический проект. Навальный, к примеру, тоже открыто занимается оппозиционной политикой, всячески продвигая мем «Единая Россия – партия жуликов и воров». Но тратить деньги на распространение листовок о партии жуликов и воров он не стал. Навальный мог бы объявить отдельный сбор средств именно на эти цели, но не захотел, опасаясь, по-видимому, отпугнуть часть своих сторонников.

Во-вторых, проект Немцова не имеет временных и организационных ограничений. Россия большая, а его доклад было бы неплохо опустить в каждый почтовый ящик. При этом можно сообщать, какой тираж допечатан и в каком регионе был распространён. Это даст спонсорам ощущение причастности к процессу и побудит их на новые пожертвования. Навальный уже не знает, что делать с собранными деньгами, ему в таком количестве просто некуда их тратить. Судя по всему, Навальный не ожидал подобного успеха и пребывает в некоторой растерянности.

В - третьих, проект преобразует энергию и ресурсы сетевых политических активистов в оффлайновые действия. Навальный заявлял, что не собирается выходить за пределы сетевой аудитории, и, я полагаю, этот подход ошибочен.
Наконец, Немцов - не настолько популярный блогер, как Навальный. Поэтому для успеха кампании ему придётся опираться на поддержку единомышленников. Фандрайзинг Навального более "вертикален", здесь есть лидер и последователи. Проект Немцова более "горизонтален", требует сложных организационных решений и этим более интересен.

Есть и ещё один любопытный аспект. Насколько спонсоры готовы разделять проект и его инициатора. Персонально я предпочёл бы видеть в качестве инициатора этой кампании человека, не столь стигматизированного в массовом сознании. Путин и путинцы в полной мере используют эту  слабость Немцова. Что говорят факты? Жил да был в Нижнем Новгороде научный сотрудник. Занялся политикой, стал депутатом, потом губернатором, потом вице-премьером. Потом ушёл в отставку, занялся бизнесом, и почти сразу -
долларовый миллионер. С точки зрения обыкновенного человека, выглядит подозрительно. Идеальный фандрайзер должен быть кристально чист и желательно нищ. Как Обама.

Интернет-аудитория проявила неожиданно высокую степень готовности участвовать в финансировании оппозиционных проектов. Немцову удалось за месяц собрать около двух миллионов рублей. По его расчёту, этой суммы должно хватить на издание 350 тысяч экземпляров брошюры о Путине-коррупционере. При этом общее количество переводов около 2 тысяч, а среднее перечисление – 900 рублей. Как мы видим Немцову удалось мобилизовать меньше сторонников, но зато в его кампании был достигнут более высокий уровень прозрачности. В сети был опубликован полный отчёт о поступлении денег.

Технологически становятся осуществимыми и более масштабные проекты. Популярный блоггер, завоевавший доверие нескольких десятков тысяч сторонников в виртуальной социальной сети, способен собирать методами электронного фандрайзинга по нескольку миллионов рублей в месяц. На эти деньги он может финансировать деятельность аппарата организации в масштабах всей России, и открыть представительства в большинстве регионов страны. Привлекая новых сторонников, он может расширять масштабы фандрайзинга и выходить за пределы виртуальных сетей в реальный мир. Эту деятельность практически невозможно заблокировать, не выходя за рамки методов, имеющихся в арсенале мягкого авторитарного режима. Рыночная экономика даёт возможность конвертировать даже незначительные финансовые ресурсы в организованное политическое действие. Виртуальные социальные сети создают новую среду политического активизма, для действий в которой не нужны разрешения чиновников.

Очень важно, что фандрайзинг можно использовать и в качестве элемента легитимации российской политики в целом. Именно так можно постепенно освободить её от ауры запачканности «грязными олигархическими деньгами», сформировавшейся во второй половине 90-х годов.

Эту стратегию уже начал использовать один из лидеров российских демократов Владимир Рыжков:

Поэтому единственный источник финансирования оппозиции, который у нас сегодня есть, — это имеющийся в стране малый и средний бизнес. Приведу пример. Мы только что, 28 марта, выпустили доклад «Путин. Коррупция». Мы нашли небольшие деньги на первый тираж, всего 11 тыс. экземпляров. Такая брошюрка — 11 тыс. экземпляров. Она уже разлетелась. Ее уже нет в Москве. Вся разошлась. Мы объявили анонимный сбор средств через «Яндекс.Деньги» на публикацию большего тиража. За первые два дня собрали 300 тыс. рублей. 300 тыс. рублей позволят нам напечатать примерно сорокатысячный тираж. Сбор средств продолжается. Эта та форма, которую использует тот же Алексей Навальный. Человек подходит к тумбочке (машинке) в подземном переходе или метро, засовывает туда пятисотрублевую или тысячную купюру и анонимно переводит свои пожертвования. Это та новая форма, которую мы сейчас начали использовать… Ни зарубежного, ни олигархического финансирования нет. То, что у нас есть, — это сбор пожертвований граждан через «Яндекс.Деньги» и поддержка малого и среднего бизнеса, прежде всего в регионах

На практике ситуация с финансированием российской оппозиции складывается не столь благостным образом, но это уже другая тема. Главное, что на наших глазах начинает складываться конкурентный рынок российского политического фандрайзинга.